You see a house - call it a house.
You see a tree, the tree also
Name, and then, then
Call a person a passer-by.
Try to call a bridge bridge.
Remember that light is called light.
I ask you not to forget
To talk with every encountered thing.
I, it seems, simply don’t exist —
Sleeping, reading, walking to work
Is someone’s half-heard delirium,
An unattractive someone’s dummy.
And I live-don’t-live, until
With their dear lips —
Through fog, sleep, ages, clouds
Someone whispers my name.
Speak, don’t let us forget
Our heavy earthly task.
Help (us) bestir, come to life,
Dear friend, and meet ourselves.
About Boris Ryzhy
Boris Ryzhy ( Бори́с Ры́жий, 1974 - 2001) is remembered as a poet who fused classical Russian lyric form with the bruised reality of the 1990s industrial city. His carefully constructed lyrical persona — tender, doomed, and street-hardened — helped create a powerful posthumous myth. Though his life was brief, his work continues to influence poets, inspire films and theatre, and serve as one of the clearest poetic records of the post-Soviet emotional landscape.
About This Poem
The poem reflects on the power of naming and recognition as acts that affirm existence, showing how language and attention bring both the world and the self fully into being.
Ви́дишь дом, назови́ его́ дом.
Ви́дишь де́рево, де́рево то́же
назови́, а пото́м, а пото́м
назови́ челове́ка прохо́жим.
Мост мосто́м постара́йся назва́ть.
По́мни, свет называ́ется све́том.
Я прошу́ тебя́ не забыва́ть
говори́ть с ка́ждым встре́чным предме́том.
Меня́, ка́жется, по́просту нет —
спит, чита́ет, идёт на рабо́ту
Чей-то полурасслы́шанный бред,
некраси́вое чу́чело чьё-то.
И живу́-не-живу́ я, пока́
дороги́ми уста́ми свои́ми —
сквозь тума́н, сон, века́, облака́ —
кто-нибу́дь не шепнёт моё и́мя.
Говори́, не дава́й нам забы́ть
на́ше тя́жкое де́ло земно́е.
Помоги́ встрепену́ться, ожи́ть,
ми́лый друг, повстреча́ться с собо́ю.